<< на главную
<< назад

Ее звали «Госпожа Пенициллин». 65 лет назад З.В. Ермольева провела масштабные испытания первого советского пенициллина

10 фактов о пенициллине и Зинаиде Ермольев



2009-й год в истории появления пенициллина – особый: ровно 80 лет назад, осенью 1929 года, на заседании Медицинского исследовательского клуба при Лондонском университете англичанин Александер Флеминг впервые явил публике свое открытие – пенициллин.



Великое открытие помог сделать, как часто бывало, его величество случай: в сыром помещении его лаборатории от простой плесени в пробирках погибли выращенные для опытов бактерии. Так началась эра антибиотиков, ознаменовавшаяся успешной борьбой человека со многими инфекциями.

А 111 лет назад, 12 октября 1898 года, на свет появился еще один знаменитый исследователь, ученый, чье имя тесно связано с пенициллином и с нашим городом. Звали ее Зинаида Ермольева, необыкновенная женщина, которая 65 лет назад приехала в освобожденный Даугавпилс испытывать пенициллин.
Осень 1944-го года... Всего несколько месяцев назад Даугавпилс освободили от фашистских захватчиков. На время Даугавпилс стал столицей Латвийской советской республики: на улице Ригас расположились правительство, Верховный совет, редакции газет «Циня» и «Советская Латвия». В это время по разным подсчетам, в городе были развернуты от 20 до 30 госпиталей. Это тысячи раненых, сотни смертей от заражения крови, это тысячи инвалидов с ампутированными конечностями. Именно в эти дни из Москвы в Даугавпилс приехала бригада советских ученых-исследователей для испытания в полевых условиях чудо-лекарства, первого антибиотика.
Группу микробиологов возглавляла 46-летняя Зинаида Ермольева. И задание было выполнено, испытания прошли успешно. В память об этих событиях на доме в центре Даугавпилса (ул. Саулес, №1/3 — здесь 65 лет назад располагался один из госпиталей) установлена памятная доска, которую, к счастью, не убрали в революционные 90-е. Ермольева самолично делала уколы, скрупулезно следила за каждым раненым. И когда спустя многие годы известный журналист спросил ее про самое яркое воспоминание о войне, Зинаида Виссарионовна ответила, что это испытания пенициллина, когда удалось вернуть к жизни тысячи людей. «Ни одной отрезанной ноги!» — гордо говорила Ермольева.
По происхождению будущее светило советской микробиологии — донская казачка — родилась в семье зажиточного войского старшины, подъесаула Виссариона Васильевича Ермольева. С золотой медалью Ермольева закончила Новочеркасскую гимназию, успешно поступила в Ростовский медицинский институт. Ее блестящие способности ученого отмечали студенты и преподаватели. Зинаида Виссарионовна была замечательным человеком и очаровательной женщиной. Пообщавшись с ней мгновения, люди запоминали ее на всю жизнь. В Ермольевой удивительным образом сочетались деловая хватка, решительность, огромная пробивная сила, настойчивость и юношеский романтизм.
Ее выбор профессии врача был необычен. Подтолкнула ее на этот шаг прочитанная книга о трагической судьбе композитора Петра Ильича Чайковского, который, как и его мать, умер от холеры. Картина жуткая: заостренные черты лица, запавшие глаза, синеющие губы и ушные раковины, холодеющее тело. Кожа теряет упругость и легко собирается в складки, ноги и руки становятся морщинистыми, как у дряхлого старика — так называемый симптом «руки прачки». Конец... И гроб, весь почерневший от едкой извести...
Несправедливо! С этим надо бороться! И Ермольева со всей своей целеустремленностью ринулась в бой!
Зинаиде Виссарионовне было всего 24 года, когда она поставила опыт — заразила себя холерой. Мурашки идут по коже, когда читаешь хладнокровные записи смертельно больной молодой ученой. Это было научное открытие. Неудивительно, что доктором наук Зинаида Виссарионовна стала в 37 лет, а в 39 — профессором, а затем и академиком. Изящной маленькой женщине рукоплескали маститые ученые всего мира!
А спустя 20 лет, благодаря открытиям и неиссякаемой энергии Ермольевой, под Сталинградом удалось не допустить эпидемии холеры. Невозможно даже представить, какой трудной была эта задача. На территории, захваченной фашистскими войсками, холера гуляла уже вовсю — разруха, хаос, тысячи бездомных создавали для этого благоприятные условия...
И потому было принято решение: дать всему населению Сталинграда и находящимся в нем войскам созданный Ермольевой холерный бактериофаг. Однако эшелон, в котором везли драгоценное лекарство, разбомбили. Ермольева решительно взялась наладить производство бактериофага в осажденном городе — в оборудованном под лабораторию подвале. И ей удалось!
Медики делали прививки, обслуживая до 50 тысяч человек в день. С холерой боролось все население: хлорировали все колодцы, ежедневно обходили квартиры, чтобы выявить больных, обеззараживали места с нечистотами, круглосуточно дежурили на эвакопунктах. В булочных без справки о прививках не выдавали хлеб. Ермольева с улыбкой вспоминала, как она для пробы набирала в пробирку волжскую воду, а подбежавший мальчуган строго ее отчитал: «Тетя, ты что — не видишь? Везде написано: «Купаться нельзя, сырую воду пить нельзя»!
За победу над холерой Зинаида Виссарионовна была награждена орденом Ленина, а затем представлена к Сталинской премии. Немалые деньги премии решительная казачка, не минуты не колеблясь, отдала на... самолет! Несколько месяцев спустя в небо взлетел истребитель «Зинаида Ермольева».
Говорят, что Сталин при встрече зачастую называл Ермольеву сестренкой, ведь отцов обоих звали Виссарионами. К слову сказать, у Зинаиды Виссарионовны было несколько прозвищ. Английский ученый, профессор Флори, симпатизировавший маленькой изящной женщине-ученой, звал ее «Госпожа Пенициллин». Но услышав, что коллеги называют Ермольеву «ханум» (из-за нескольких лет, проработанных в Азии), переиначил в «Пенициллин-ханум».
Личная жизнь Ермольевой не сложилась: два ее мужа, тоже ученые, были репрессированы. Ермольевой удалось спасти только первого супруга.
Немногие могут похвастаться, что их желания выполняет сам вождь. Желая порадовать Ермольеву, Сталин как-то спросил, кого из мужей она хотела бы видеть на свободе. К немалому изумлению Иосифа Виссарионовича, Ермольева назвала имя первого мужа — Льва Зильбера, с которым уже была в разводе.

На вопрос удивленного вождя кратко ответила: «Он нужен науке». И сразу же перешла к обсуждению темы, занимавшей ее в последнее время — создание пенициллина. И в этой просьбе хрупкой, но решительной женщине Сталин не отказал.

А через год после этого разговора пенициллин испытывали в Даугавпилсе...

http://www.nasha.lv/article.php?id=5606439&

15.10.09

<< на главную
<< назад